– О Господи, ты даже не представляешь, что со мной делаешь. Я так долго не выдержу. Ты уже заставила меня, точно влюбленного мальчишку, бегать за тобой и вздыхать… Тебе нравится смотреть, как я страдаю?
Виктория покачала головой; она не могла вымолвить ни слова.
Его губы снова прижались к ее устам, и Виктория вдруг почувствовала, как сильные руки мужчины приподняли ее над землей, а затем осторожно опустили на траву. Эдвард тотчас же лег с ней рядом.
– Виктория, ты хочешь этого так же, как и я, – проговорил он страстным шепотом. – Не отпирайся, я знаю…
– Нет, Эдвард, пожалуйста… – Ей хотелось забыться в его объятиях, но внутренний голос твердил: «Виктория, одумайся, беги…»
Тут Эдвард прижал ее к груди и прошептал:
– Господи, помоги мне. Я, наверное, сошел с ума. С другими женщинами я бы не стал колебаться, но с тобой… Когда ты смотришь на меня своими чудесными голубыми глазами… – Он внезапно отстранился от нее и встал.
Лицо Виктории пылало. Она медленно поднялась на ноги и вдруг заметила, что Эдвард смотрит на нее с улыбкой. Девушка еще больше смутилась.
– Я отпустил тебя, Виктория, потому что не хотел, чтобы это произошло у нас здесь. Когда я сделаю тебя своей, все будет по-другому.
Глаза девушки вспыхнули. Она подбоченилась и с гневом в голосе воскликнула:
– Я никогда не позволю вам приблизиться ко мне!
Он рассмеялся.
– Ошибаешься, Виктория. Рано или поздно ты станешь моей.
– Никогда!
– Уверяю тебя, в один прекрасный день ты станешь моей. И ты прекрасно это знаешь. – Он провел пальцем по ее губам. – Ведь я прав?
Виктории вспомнился рассказ Клариссы, услышанный всего несколько часов назад, и она выпалила:
– Приберегите ваши чары для одной из ваших женщин, мистер Ганновер. Что же до меня, то смею вас заверить: со мной у вас ничего не получится.
Эдвард нахмурился.
– Кажется, мы договорились, что ты будешь называть меня по имени – то есть Эдвард, а не мистер Ганновер.
– Как бы я вас ни называла – вы не джентльмен, – заявила Виктория.
Он взял девушку за плечи и пристально посмотрел ей в глаза.
– Ошибаешься, дорогая. По отношению к тебе я буду образцовым джентльменом. И вот еще что… В следующий раз, прежде чем скакать по окрестностям в таком виде, хорошенько подумай. Если тебя увидит кто-нибудь другой… неизвестно что с тобой сделают. Во всяком случае, я уверен, что поцелуем тебе не отделаться.
– Вы отвратительны! – выпалила девушка. – Я не желаю вас видеть!
Эдвард взглянул на нее с удивлением.
– Совсем недавно ты говорила по-другому, разве не так?
Виктория вскинула подбородок.
– Я очень сочувствую вашей будущей жене.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Миссис Паттерсон сказала, что вы собираетесь жениться.
– Верно, – кивнул Эдвард, и на его губах заиграла улыбка.
– Так вот, мне очень жаль вашу будущую жену, поскольку одной женщины вам будет мало, мистер Ганновер.
Он запрокинул голову и расхохотался.
– О, Виктория, ты просто прелесть! Может, ты ревнуешь?
– Не льстите себе, мистер Ганновер. Ваше семейное положение меня не касается. А теперь, если вы позволите, я пожелаю вам всего хорошего.
Виктория отошла от него, всем своим видом демонстрируя превосходство. Эдвард молча смотрел, как девушка садится на коня. Когда она скрылась за излучиной реки, Эдвард подобрал свою фляжку и направился к лошади. Заметив лежавший на траве блокнот для набросков, он поднял его и машинально пролистал. При этом обнаружил на последней странице весьма любопытный рисунок – Эдвард без труда узнал самого себя в испанском наряде. Мысленно улыбнувшись, он сунул блокнот под мышку и вскочил в седло.
Глава 15
К началу сентября реки и ручьи наполнились водой до краев. Окрестные фермеры неустанно благодарили Господа за ниспосланную благодать – дожди выпадали каждый день. Один лишь старый Нед ворчал и предсказывал наводнения и суровую зиму.
Матушка в эти дни занималась переработкой собранных овощей, и Виктория с удовольствием ей помогала. Поставив на полку кладовой последнюю банку кукурузы, Эллис повернулась к внучке и сказала:
– Ну вот и все. Давай теперь выпьем чего-нибудь прохладительного.
Виктория последовала за бабушкой на кухню и, налив в стаканы холодного чая, села за стол.
– Ты что-то тихая сегодня. – Старушка с беспокойством посмотрела на внучку. – Что-нибудь случилось?
– Нет-нет, бабушка. Просто я задумалась… Я подумала о том, что все мое образование оказалось никчемным. Всему полезному, что я умею делать, научила меня ты. А годы, проведенные в школе миссис Де Леоне, оказались пустой тратой времени.
Эллис похлопала внучку по руке.
– Учеба никогда не бывает пустой тратой времени, моя дорогая. Отец готовил тебя к достойной, по его представлению, жизни. Кто знает, может, в один прекрасный день ты вернешься в Джорджию, к Полу. Хотя мне бы не хотелось остаться в одиночестве, твое счастье для меня важнее всего остального.
– Бабушка, мне очень нравится жить с тобой, но я… в растерянности. Не представляю, что со мной будет в ближайшее время. Раньше все было просто и ясно. Я ждала, когда Пол вернется с войны, чтобы мы могли пожениться и воспитывать детей. Как ты думаешь, почему от Пола до сих пор нет известий? Может, он не вернулся?
– Наберись еще немного терпения, – проговорила Эллис.
Доктор пересек пыльную улицу и вошел в свой кабинет. В последние дни он почти не отдыхал – в округе было семь случаев кори. Дэн прекрасно понимал: если заболеваемость до конца месяца не снизится, придется иметь дело с эпидемией. Вероятно, ему понадобится помощь. Возможно – сестра милосердия. Он вспомнил, что Кларисса предлагала свои услуги. Два месяца назад он бы только посмеялся над ее предложением, но за это время она очень изменилась, стала взрослее. Дэн удивлялся: почему он не замечал Клариссу раньше?
Тут раздался стук в дверь, и тотчас же в кабинет вошел Эдвард.
– Как ты можешь работать в таком беспорядке? – проговорил он, поморщившись. – Я бы на твоем месте уже сошел с ума.
Дэн окинул взглядом свой кабинет. Полки вдоль стен были уставлены пузырьками с пилюлями и каплями, а письменный стол завален бумагами и медицинскими журналами. Дэн пожал плечами:
– Не все же такие аккуратные, как ты, Эдвард. – Отодвинув в сторону журнал, доктор поставил на стол свой черный чемоданчик. – Ты в городе по делу?
– Нет. Я приехал, чтобы повидаться с тобой. Давно не виделись. Пообедаем в ресторане, а потом прогуляемся.
Доктор покачал головой:
– Я с удовольствием принял бы твое предложение, Эдвард, но не могу. Дочь Айлисов спрыгнула с дерева и напоролась на разбитое стекло. Бедняжку лихорадит…
